ПЕНИЕ КАК СМЫСЛ ЖИЗНИ ИНТЕРВЬЮ С НИКОЛАЕМ ДИДЕНКО



ПЕНИЕ КАК СМЫСЛ ЖИЗНИ ИНТЕРВЬЮ С НИКОЛАЕМ ДИДЕНКО

13 и 14 октября в Камчатском колледже искусств прошли два мастер-класса солиста Большого театра, лауреата премии «Grammy-2017», обладателя великолепного баса Николая Диденко.

Первая встреча была посвящена сольному вокалу, а на следующий день Николай Алексеевич провел репетицию с хором колледжа. В концертном зале в эти дни побывали не только студенты колледжа, но и преподаватели, ученики музыкальных школ. В высказываниях и замечаниях Николая Диденко студенты и школьники почувствовали свежий взгляд на вокально-хоровое искусство, получили массу полезных советов по улучшению вокальной техники.  Педагогический процесс Николая Диденко повлиял не только на ребят, с которыми он работал. Слушатели мастер-классов на себе прочувствовали мощь его голоса, а на хоровом мастер-классе публику особенно поразила красота его фальцета. Николай Диденко зарядил нас неиссякаемой энергией любви к искусству. Все отметили его невероятную простоту и непосредственность в общении, пластичность и оживленность поведения на сцене.

После мастер-классов мы попросили участвовавших в них студентов-вокалистов поделиться своими впечатлениями. На вопрос: «Изменилась ли ваша вокальная техника после проведенного мастер-класса?», каждый ответил утвердительно. Григорий Юхманов (студент 1 курса вокального отделения) и Александр Зейфистов (студент 3 курса вокального отделения) сказали, что они уже знали о своих недочетах, но замечания, высказанные известным певцом, изменили их отношение к своим голосам и технике пения. Лейла Сулава добавила следующее: «Взгляд со стороны всегда полезен, особенно если критика высказана таким опытным мастером». Тем же вечером каждый из участников стал усерднее заниматься и обращать внимание на пробелы в вокальной технике. Ребята выразили желание продолжить заниматься вокалом профессионально в будущем, и для них творческая встреча оказалась очень ценной.

По окончании мастер-классов Николая Диденко дал нам небольшое интервью:

Николай Алексеевич, Вы окончили Московское хоровое училище им. А. В. Свешникова, Академию хорового искусства им. П. Попова, и аспирантуру этого знаменитого учебного заведения. У Вас колоссальный опыт в сольном и хоровом пении. Как педагогуВам больше нравится работать с хором или вокалистами?

– Не могу точно ответить на ваш вопрос. Это два совершенно разных вида работы, хотя замечания для певцов-солистов и хористов похожи. Я считаю ошибочным мнение о различии сольной и хоровой манеры исполнения. Петь нужно свободно, абсолютно натурально как в хоре, так и вне его. Владение голосом – это очень непросто для солистов, а в хоре еще сложнее. Например, взять piano легче в арии, чем в хоре.

На хоровом мастер-классе Вы работали с хором Камчатского колледжа искусств. Какие достоинства нашего хора Вы можете отметить?

– Хор пластичный и быстро реагирует на замечания, а это очень важно.

– А с какими недостатками хора пришлось столкнуться?

– Интонация – в этом была основная трудность.

– Вы являетесь художественным руководителем проекта «Белый Пароход» для детей из неполных и многодетных семей, из приютов и детских домов. Почему Вы, известный оперный певец, решили этим заниматься?

– Я начал работать с детскими хорами еще с юношества,с 17 лет. В одном из храмов Подмосковья был организован детский хоровой коллектив. Так получилось, что предыдущий руководитель ушел, а меня попросили его заменить. С тех пор произошло много перемен. Я прошел длительный путь обучения, затем меня пригласили стажироваться за границей, у меня долго не было возможности вернуться на родину из-за плотного артистического графика. Но однажды появилось свободное время в августе и мне предложили принять участие в работе лагеря для сирот и детей с ограниченными возможностями. Это уникальный проект, проходивший на пассажирском судне в Хабаровске. Я не смог отказаться от такой уникальной возможности. Во время путешествия по Амуру дети наслаждались невероятной красотой Амурской области. Они очень быстро адаптировались друг к другу и к окружающим условиям. Для меня было загадкой, как за два-три дня они выучили язык жестов, чтоб говорить с глухонемыми детьми. Каждый ребенок стремился помочь другому. Организаторы увидели эту дружелюбную атмосферу и загорелись желанием устраивать ежегодный фестиваль на корабле. Для нас было важно, чтобы ребята учились петь, собирались в творческие коллективы, и чтобы при этом царила дружеская атмосфера. Сейчас проект «Белый пароход» стал очень известным. К сожалению, «Василий Поярков» был последним рабочим теплоходом на Амуре. В 2014 году его распилили на запчасти,и мы решили перенести наше мероприятие в Центральную Россию.

В этом году у нас уже прошло несколько грандиозных концертов и уникальная акция 22 июня – в день начала Великой Отечественной Войны. Принято считать, что война началась в Бресте. Действительно, туда вторглись немецкие сухопутные войска, но на море, в городе-порту  Севастополе начались первые бомбардировки. Именно там, на открытой севастопольской местности,  мы поставили огромную сцену и провели концерт «Детство и война». В 03:15 утра дети начали концерт песней «Вставай, страна огромная!». Это мероприятие увидел художественный руководитель и дирижёр Мариинского театра В.А. Гергиев и пригласил нас выступить в театре. Мы также устроили концерт в Московском «Сity-холле» совсем недавно, меньше месяца назад.

Добиться финансирования очень непросто, для нас важно, чтобы ни один ребенок ничего не платил. Для детей обязательно организуется сопровождающая группа: представители фонда, вожатые, врачи, психологи – целый штат сотрудников. Репертуар, представляемый детьми, очень интересен: классические, народные и даже сложнейшие джазовые произведения. Для наших занятий мы стараемся приглашать известных исполнителей. Например, каждый год у нас работает Любовь Петрова, солистка «MetropolitanOpera»и других мировых оперных сцен. Также в этом проекте участвовали такие известные исполнители, какгруппа «Kvatro»,эстрадный певец Алексей Чумаков и  оперный певец Василий Ладюк.

– Ваша деятельность связана с благотворительностью. Не отвлекает ли она вас от карьеры исполнителя?

– Ни в коем случае. Уже несколько лет август в моем расписании выделен исключительно на работу в проекте «Белый пароход». И мои коллеги знают это.

– Эта работа стала для вас потребностью?

– Да. И не только для меня. Вся команда каждый год ждет с нетерпением следующего фестиваля. Только однажды в 2014 году мы пропустили мероприятие, так как амурский корабль был списан, а у нас на тот момент не было другого судна. Мы тогда очень расстроились и даже думали о завершении проекта, но энтузиазм взял верх.

– Николай Алексеевич, Вы хотите в этом участвовать, потому что черпаете что-то для себя или исключительно ради детей?

– И то, и другое! После каждого фестиваля я осознаю, насколько сильно нужен людям…Ребята смотрят на нас, певцов, как на что-то невероятное. Для многих детей этот фестиваль – смысл жизни, только там они чувствуют себя на равных, от фестиваля к фестиваля живут мечтами о грядущем празднике. Некоторых из детей – участников прошлых фестивалей – уже нет в живых…После первого фестиваля мы поняли, что проект должен быть ежегодным. И с тех пор мы приезжаем к ним каждый год.

– Николай Алексеевич, Вы сотрудничали со многими всемирно известными оперными театрами – WashingtonNationalOpera, OperKöln, DetKongeligeTeater (Датская Королевская опера), NewYorkCitiOpera, OperaBastille в Париже и других. Вы приняли участие во множестве постановок и исполнили множество партий. Какая оперная партия у Вас самая любимая?

– Не могу вам сказать. Для меня каждая новая роль становится любимой, даже если музыка не нравится. Пока я не влюблюсь в роль, я её не могу петь. Но когда я ее уже исполняю, мне хочется переживать ее снова и снова. Только после этого я берусь за следующую роль. Но есть трудность: все режиссеры по-разному видят и ставят роли. Все это бывает не близким исполнителю.В опере мало свободы. Как правило, я являюсь заложником режиссуры и постановки. Но при малейшей возможности я стараюсь сыграть и спеть роль так, как я её вижу.

Конечно, мечта всех басов – это партия Греминаиз оперы «Евгений Онегин» П. Чайковского! Герой выходит в конце оперы, поет одну арию исрывает все аплодисменты, хотя его партияне является главной.

– В последнее время в музыкальном театре произошли изменения не в лучшую сторону. Все поют громко, ровно, без каких-либо музыкальных тонкостей, из оперы исчезло художественное откровение. Особенно это ярко проявляется в операх Вагнера…

– Конечно, я это тоже замечаю. Скажу больше, я постоянно сталкиваюсь с этой проблемой. Почему-то сейчас принято считать, что единственный способ компенсировать плотную оркестровку Вагнера – кричать. Это стереотип, на который певцов часто провоцируют дирижеры. Сейчас очень сложно найти дирижёра, который добивается аутентичного исполнения, а не занимается «самодеятельностью». Я отрицательно отношусь к таким дирижёрам, и из-за этого у меня даже возникают конфликтные ситуации. Когда начинаешь «орать», об игре не может быть и речи, при такой манере исполнения нет кульминации, какого-либо динамического развития.Музыка получается как заводской продукт: одинаковый, ровный, скучный, с плохим качеством…

– Николай Алексеевич, спасибо огромное за уделенное время. Это был очень интересный рассказ. Мы были бы рады снова увидеть вас на Камчатке!

– Спасибо вам!

Студенты 4 курса отделения «Теория музыки» Камчатского колледжа искусств

Елена Кардаш, Михаил Ревцов

Ред. – Трофимова (Орлова) О.И.